Москва, 22:00. Киевский вокзал. Пока тысячи пассажиров спешат к турникетам, чтобы скорее оказаться в уюте домашних квартир, на площади перед вокзалом начинается совсем другая жизнь. Сюда, в неприметный с виду автобус, приходят те, кому сегодня больше некуда идти. Корреспондент «На Западе Москвы» провел поздний вечер в мобильном пункте обогрева, чтобы понять: кто эти люди, почему они оказались на улице и как им помогают вернуться к нормальной жизни.

Первый признак безопасности

На улице зябко. Ветер с Москвы-реки пробирает до костей, заставляя кутаться в шарфы даже тех, кто одет по сезону. В десять вечера город полон огней: светятся витрины «Европейского», мигают фары такси, но, если отойти чуть в сторону — туда, где паркуются служебные машины, — можно увидеть островок спокойствия. Здесь стоит теплый автобус. Это не просто транспорт — это мобильный пункт обогрева Центра социальной адаптации имени Е. П. Глинки.

Внутри тепло и пахнет крепким чаем. Этот запах здесь — первый признак безопасности. С 20:00 до 08:00 утра такие пункты бригад «Социального патруля» работают на привокзальных площадях столицы: у Ярославского, Курского, Павелецкого, Белорусского вокзалов и здесь, у нас, на Киевском.

«К каждому нужно найти ключ»

Нас встречает Александр Абрамкин. Ему 40 лет, у него добрые глаза и спокойный, уверенный голос человека, который видел в жизни многое. Александр — сотрудник «Социального патруля», хотя по духу он настоящий волонтер. Его путь сюда был непростым.

— Я вообще человек общительный, — рассказывает Александр, разливая кипяток по стаканчикам. — Раньше работал в Центре паллиативной помощи, был санитаром. Там тоже люди с проблемами, тяжелые судьбы. Узнал об этой службе, решил попробовать. Сначала думал просто постажироваться один день: получится у меня, не получится? А потом посмотрел, поговорил со знакомыми, которые здесь работали, и решил не пробовать, а сразу браться за дело.

Работа здесь — это не просто налить чай или вызвать скорую. Это тонкая психологическая игра. Многие прохожие брезгливо отворачиваются от бездомных, считая их потерянными для общества. Александр видит ситуацию иначе.

— Многие боятся, думают: «Ой, там болезни, там страшно». Но не так все это страшно, все зависит от нашей гигиены, — объясняет он обыденно, поправляя перчатки. — Есть маски, антисептики. Если запах — есть специальные средства. Главное — не это. Главное — найти ключ к человеку.

По словам Александра, люди, попавшие в беду, часто ведут себя агрессивно. Но эта агрессия — лишь защитная маска.

— С любым можно договориться. Нужно просто найти подход. На злость нельзя отвечать злостью. Вот мы привезли человека, он замкнут, обижен на весь мир. А ты ему: «Давайте я вас чаем угощу». И все. Лед трогается. Он начинает пить чай, видит, что его не гонят, что его принимают. Они же привыкли, что их отовсюду прогоняют. А здесь начинают раскрываться.

Александр сравнивает людей в сложной ситуации с детьми. Это сравнение кажется неожиданным, но очень точным:

— Если ребенка постоянно отталкивать и говорить ему, что он плохой, он замкнется. Здесь то же самое. Общество говорит им: «Ты такой-сякой», и человек сам себе это вбивает в голову. А когда даешь обратную связь, тепло, он понимает — жить можно. Процентов 30–40 людей удается реально вытащить с улицы. Это большая работа.

Интеллигент с Павелецкой и чудо «Жди меня»

Пока мы беседуем, в автобус заглядывают новые посетители. Кто-то просто греется, кто-то спрашивает совета. Стереотип о том, что бездомный — это обязательно маргинал с зависимостями и без образования, рушится на глазах.

Александр вспоминает случай на Павелецком вокзале, который его поразил:

— Приходил к нам мужичок. Образованный, начитанный, интеллигентный. Не пьет, не курит. История банальная и страшная: его обманул родной брат, хитростью выселил из квартиры. И вот этот человек приходит к нам каждый вечер. Днем он работает, пытается накопить на хостел или съемное жилье. Он очень гордый. Ему стыдно показать слабость, поехать в центр адаптации, «сдаться». Он говорит: «Я сам вылезу». И мы его поддерживаем — чаем, словом, участием.

Работа «Социального патруля» — это не только обогрев, это настоящий детективный поиск. Сотрудники помогают искать пропавших людей, например используют планшеты с базой данных и сервисом программы «Жди меня».

— Бывает, забираем человека из больницы, а он ничего не помнит. Память потерял. Кто он? Откуда? — рассказывает Александр, и его глаза загораются. — Недавно был случай. Забираю человека, фотографирую его для информационной системы, с которой работаем, и она выдает совпадение: «Ищет сводная сестра. Заявка в «Жди меня». Я тут же, хоть и ночь, пишу начальнику: «Дмитрий Андреевич, у нас попадание!» Это было как в кино. Понимаете, техника сработала, и мы реально вернули человека в семью. Только ради таких моментов стоит здесь дежурить.

Конечно, это непростая работа. Пропускать через себя чужую боль каждый день невозможно без последствий. Александр нашел свой способ перезагрузки.

— Все родственники знают: в феврале я еду в Сочи, в поселок Лоо. Не тусоваться, не куражиться. Я еду один. Хожу на море, дышу, смотрю на природу. Людей нет, тишина. Пять дней одиночества — и я возвращаюсь новым человеком, готовым снова слушать и помогать.

Повар Владимир: «Я просто поехал на вахту»

Возле окна в микроавтобусе сидит крепкий парень, на вид совсем не похожий на человека, нуждающегося в помощи. Это Владимир. Ему всего 28 лет, он приехал из города Шуя Ивановской области. По профессии — повар, говорит, что нож в руках держит уверенно и готовит вкусно.

История Владимира — классический пример того, как цепь мелких случайностей может привести к сложной жизненной ситуации.

— Если вкратце: поехал на вахту в Москву, на работу. Добрался через сервис попутчиков. И только здесь понял, что паспорт забыл дома, — смущенно улыбается Владимир. С виду он похож на добродушного медведя, как метко заметил кто-то из присутствующих. — По глупости, наверное. Без документов на работу не берут, денег нет, знакомых в Москве — тоже никого.

Владимир оказался в чужом огромном городе абсолютно один.

— Я стоял на улице, не знал, что делать. И тут машина проезжала, патруль, на корпусе которой я увидел номер телефона. Позвонил, рассказал свою ситуацию, они вернулись и меня подобрали.

Парень был удивлен тем, куда его привезли. Он ожидал увидеть ночлежку, а попал в систему, где работают специалисты.

— Организация серьезная. Юристы, психологи. Я думал, это что-то коммерческое сначала. А тут предложили целый пакет помощи. Мне, к счастью, восстанавливать ничего не надо, паспорт дома лежит. Я сейчас жду, пока мне его перешлют или передадут.

Владимиру предложили переждать это время в тепле, а не на улице. Он спокоен:

— Вахта у меня 45 суток. Как только документы получу — сразу работать. Хорошо, что есть такое место. Я даже не знал раньше, что такие пункты существуют.

Андрей: «Друг бросил, а полиция помогла»

Рядом с Владимиром греется Андрей. Ему 45, он плотник из Пскова. Его история более драматична и полна человеческого предательства. Андрей приехал в подмосковное Щелково к другу.

— Посидели, погуляли... А потом у меня просто украли сумку со всеми документами и вещами, — Андрей говорит тихо, глядя в пол. — А товарищ этот... бросил меня. Сказал, разбирайся сам.

Оставшись в незнакомом месте без денег и документов, он оказался в тупике. Обратился в полицию, но там сказали честно: «Район такой, камер нет, искать бесполезно». Однако полицейские сделали другое доброе дело — они не выгнали Андрея на мороз, а помогли связаться с «Социальным патрулем».

— Сотрудники помогли мне найти хороших людей. Даже позвонили сестре, — делится Андрей. — На следующей неделе я уже уезжаю. Сестра меня забирает в Псков. Здесь ребята дают горячий чай, куртку вот дали потеплее и ботинки. Сами видите, люди тут хорошие.

Больше, чем просто ночлег

Слушая героев репортажа, понимаешь: мобильный пункт — это лишь верхушка айсберга. За автобусами на вокзалах стоит огромная система — Центр социальной адаптации имени Е. П. Глинки. Сюда, в автобус, человек приходит, чтобы выжить этой конкретной ночью. Но миссия сотрудников — не просто согреть, а направить дальше.

— Наша основная задача — сделать так, чтобы человек не просто приходил греться, а чтобы им занялись специалисты, — поясняет Александр.

В Центре социальной адаптации имени Е. П. Глинки, куда отвозят желающих, работают комплексно. Можно получить чистую одежду, принять душ, переночевать, проконсультироваться с юристами и психологами. Если человек потерял документы — помогают их восстановить. Если он из другого региона и хочет домой —приобретают железнодорожный билет.

Источник «

В Москве работают и полустационарные отделения: «Востряково» в ЗАО, «Ясенево» в ЮЗАО, «Марьино» в ЮВАО.

Там предоставляется временное проживание и необходимые услуги специалистов. Например, если человека незаконно лишили жилья родственники — юристы пойдут в суды (есть даже понятие «вселение через суд», когда составляется иск о чинении препятствий к проживанию). Если нужна работа — помогают с трудоустройством.

Как не пройти мимо?

Выходим из автобуса. На часах почти полночь. Киевский вокзал продолжает жить своей шумной жизнью, но теперь взгляд невольно выхватывает из толпы одинокие фигуры.

С наступлением холодов в Москве работа таких мобильных пунктов особенно важна. Они дежурят у вокзалов всю ночь. Это время, когда человеку на улице холоднее всего.

Что делать, если вы увидели бездомного, которому нужна помощь? Не обязательно давать деньги. Часто важнее просто не пройти мимо. В городе круглосуточно работает диспетчерская служба «Социального патруля». Вызов можно сделать по телефонам:

+7 (499) 357-01-80

+7 (903) 720-15-08

Либо просто позвонить в 112.

Как показывает история повара Владимира или плотника Андрея, один звонок может изменить судьбу. Кто-то заметил их, набрал номер, и теперь они едут не в никуда, а домой или на работу.

— Саша, как ты все это выносишь? — часто спрашивает супруга у Александра, который вышел работать на ночную смену «Социального патруля».
— Я стараюсь через себя не пропускать, но и мимо ушей не пропускаю, — отвечает он.

Возможно, в этом и есть секрет человечности в большом городе: не пропускать чужую беду мимо ушей, даже если ты куда-то очень спешишь.

Источник: «На Западе Москвы»